О Проекте   Игры   Сам себе Политикантроп   Пикейные жилеты   Книги наших авторов     Регистрация | Вход


Кому кризис, а кому – мать родная

 15-01-2009 16:59 

Вопреки усилиям министров труда стран ЕС, поддержанных объединениями предпринимателей, Европарламент, все более напоминающий Верховный Совет СССР, 17 декабря отказался увеличить рабочую неделю с 48 до 70 часов.

Напомним, что еще в 1919 году под влиянием Великой Русской революции 1917–1921 годов, Международная организация труда (МОТ), как автономная организация при Лиге Наций, прототипе будущей ООН, приняла свою первую Конвенцию, которой установила 8-ми часовый рабочий день для промышленных предприятий и 48-часовую рабочую неделю с учетом сверхурочных часов.

С 1919 г. этот принцип как базовый, регулярно подтверждался документами МОТ и ООН и не пересматривался. Он был подтвержден и при создании Евросоюза Директивой № 93/104 от 23.11.1993 г., устанавливающей 48 часовую рабочую неделю, обязательный 11-часовый перерыв между рабочими днями, 35-часовый еженедельный перерыв для отдыха и 4-недельный оплачиваемый отпуск в течение года. Конвенция МОТ, ставшая соглашением правительств, профсоюзов и предпринимателей, была ратифицирована всеми странами Европы и СССР. Но с весны 2008 г., задолго до того, как СМИ заговорили о мировом кризисе, в ЕС началась подготовка к ее пересмотру в худшую для трудящихся сторону.

Инициатива исходила из Франции и принадлежала правительству Николя Саркози. Официально продолжительность рабочего дня во Франции составляет 7 часов, или в сумме 35 часов в неделю. В случае производственной необходимости, как говаривали в СССР, рабочую неделю можно увеличить максимум на 13 часов, с согласия профсоюза и самого работника, при доплате за сверхурочные часы. Идея Саркози заключается в том, чтобы поднять максимальную продолжительность рабочей недели до 60 часов, а для профессий, где часть рабочего времени составляют дежурства, например, у медперсонала и пожарных, до 65 часов. Но и этот определенный законом барьер можно превышать, если профсоюз дает “добро”. Инициатива Саркози отражает тенденцию, формирующуюся на рынке труда, на которой остановимся ниже.

Предложения Саркози нашли активную поддержку у правительства Великобритании, давно и упорно пытающегося распространить на ЕС свою “орt-out” регулирования и оплаты рабочего времени. Великобритания, единственная страна ЕС, где государство в минимальной степени регулирует порядок найма работника. Рабочая неделя здесь может достигать 78-часов, а единственное ограничение – требование 11-часового перерыва между двумя рабочими днями, но и его можно обойти. Государство в Великобритании как бы предоставляет максимум свободы труду и капиталу полюбовно договориться между собой, но при этом “забывает”, что это изначально неравноправный и вынужденный договор. Работник, лишившись средств к существованию, а над этим правительство немало трудилось с XVI века, оказывается перед дилеммой: или голодная смерть или “добровольная” продажа в наемное рабство. В торге об условиях этой продажи капитал имеет несомненное преимущество во времени, – он никуда особо не спешит, тогда, как время работника для торга ограничено, – уж очень хочется есть.

В целом, британское законодательство о труде является наиболее антирабочим в Европе, и его “изюминка” – положение о лицах, нанятых впервые, которых закон ставит в худшее положение с теми, кто проработал в фирме хотя бы год. Даже имея стаж в десяток лет, вновь принятый работник, формально оказывается в положении новичка, только что закончившего школу. Такая система культивируется правительствами Великобритании не случайно.

С середины ХХ века Великобритания, в условиях сокращения собственного населения, сделала ставку на ввоз рабсилы из своих бывших колоний, и как результат – мусульмане уже составляют 10% ее населения. Если добавить иммигрантов из бывшего соцлагеря, статистика о которых пока не стала достоянием СМИ, то доля приезжих в Соединенном королевстве будет еще больше. Держать в повиновении эту массу и помогает трудовое законодательство, дополненное “общественными” националистическими организациями, используемыми, когда применить закон нельзя.

Великобритания, в стремлении навязать ЕС свою систему “орt-out”, нашла поддержку у правительств Ирландии и Польши, которые проводят схожую политику, продавая своих граждан на работы в Великобританию, и ввозя к себе эмигрантов из Восточной Европы. Термин “продавая” не оговорка. Государство имеет свой процент с отъезжающих на заработки через оформление виз, паспортов и других бумаг, а также накладывая на них обязательства относительно остающихся на родине родственников. Польша сознательно даже стимулировала эту трудовую эмиграцию, введя карту “этнического поляка” для жителей Украины и Беларуси.

Под нажимом Великобритании в 1993 г. ряд положений системы “орt-out” вошел в трудовое законодательство ЕС как временные нормы, действующие в переходный период. Но пассивное сопротивление бюрократии континента, и активное профсоюзов, привело к тому, что трудовое законодательство ЕС оказалось в состоянии многолетнего пересмотра. Одним из этапов пересмотра стало подписание 10 июня 2008 г. в Брюсселе министрами труда и занятости 27 стран ЕС договора, устанавливающего в ЕС рабочую неделю в 60 и 65 часов, и возможность ее дальнейшего повышения по британской схеме, когда между рабочими дня выдерживается перерыв в 11-часов, но выходные – не обязательны. Уступкой Европейской конфедерации профсоюзов (GES), осаждавшей в те дни Брюссель, стало признание равенства в правах всех работников с первого их рабочего дня. Но, чтобы “договор министров” вступил в силу, его должен был утвердить Европарламент, как планировалось в декабре 2008 г.

Однако, этого не произошло. Делегации Бельгии, Венгрии, Греции, Испании и Кипра 17 декабря отказались голосовать, чем обрекли эту затею на провал, поскольку по правилам, проект становится законом лишь в случае поддержки всеми странами ЕС, хотя внутри делегаций могут быть как голосующие “за”, так и против.

Отказ от голосования делегаций этих пяти стран не случаен. Он связан с политической ситуацией внутри них. В Греции с 6 декабря идет восстание, а реальная рабочая неделя здесь и так самая длинная в Европе, – 70 часов, при невысокой средней зарплате в 700 евро. В Греции уже есть то, что ей сулят нововведения ЕС, а поддержать инициативу Саркози, – значит подлить масла в отнюдь не олимпийский огонь, полыхающий в Афинах.

В схожем положении и Венгрия. Летом ушедшего года правые там уже устраивали уличные волнения, чтобы отправить в отставку правительство социалистов, которое с трудом, но удержалось. Поэтому, в поддержку своего земляка Саркози, на его родине открыто не рискуют выступить ни правые, ни социалисты. Не та ситуация.

Схожая ситуация в Испании. У власти социалисты, но их далеко не социалистическое поведение создает им проблемы слева, не считая того, что правые всегда готовы сами составить правительство. Если учесть летний скачек цен на нефть и бензин, вызвавший политическую активность испанцев, – то лучше правительству народ не дразнить, чтобы не случилось как в Греции.

Для Бельгии удлинение рабочей недели, – прямой удар по благополучию населения. Левых здесь можно не особо опасаться, но непрерывные трения между валлонскими и франкоязычными националистами, а те и другие хорошо организованы, давно уже грозят стране распадом. Поддержать Саркози, значит отправить Бельгию на новое испытание на государственную целостность, без гарантий, что маленькая страна, фактически являющаяся очень большой столицей Евросоюза, не расколется по языковому принципу. После провала в 2008 году Евроконституции на референдуме в Ирландии, – это будет хотя и в основном психологический, но все же, сильный удар по евроинтеграции. Лучше воздержаться, что и сделала бельгийская делегация, похоже, впервые в истории вставив палку в колесо объединения Европы.

Позиция Кипра ясна. В феврале 2008 г. президентом Кипра стал Димитрис Христофиас, генеральный секретарь Прогрессивной партии трудового народа Кипра (коммунисты), учившийся в Москве и свободно говорящий по-русски. Это вторая страна в Европе после Молдавии, где к власти в результате выборов пришли коммунисты. В парламенте Кипра они имеют треть мест, и занимают посты мэров столицы и ряда крупных городов. Кипр уже заявил об отказе от вступления в НАТО и ожидать, что эти люди сейчас поддержат удлинение рабочего дня, не приходится. Либерал-демократы, их наиболее серьезные оппоненты, еще в 2004 г. рассорились с бюрократией ЕС из-за ее плана объединения греческой и турецкой частей Кипра. В условиях массового полевения, их неучастие в голосовании по инициативе Саркози, – шаг вполне логичный.

Показательно, что попытка удлинить рабочий день была предпринята еще до начала финансового кризиса и вполне отвечает общей тенденции на рынке труда, наметившейся в мире. Суть ее в том, что работодатель, частное лицо или государство, все чаще уходит от долгосрочных и коллективных договоров, заменяя их закрытым индивидуальным контрактом. В США эта система, называемая ESOP, распространилась уже в 1980-ые года. Ее главное условие – администрация заключает договор с работником индивидуально, и он обязуется не сообщать о размере своей зарплаты коллегам. Отсюда, выдача зарплаты в конвертах, – это не проявление уважения, как внушали “демократы”, а способ скрыть информацию. ESOP уже привела к распространению и в Украине циничного выражения “Сколько ты стоишь?” или более деликатного – “Во сколько Вы себя оцениваете?”.

Другая составляющая ESOP – краткосрочность трудового договора. Работодатель чаще всего стремится заключить его на год, даже если предприятию уже не один десяток лет, и оно явно проживет еще столько же. Это позволяет пересматривать условия найма ежегодно, как и зарплату, а также без юридических проблем избавляться от неугодных или “выжатых” лиц, тратиться на которых неинтересно. Но даже если договор долгосрочный, поскольку того требуют профсоюз или законодательство, то по системе ESOP каждый руководитель подразделения в конце года сдает начальству характеристику на подчиненных, по которой выводится будущая зарплаты. Разумеется, низовой менеджер не за то получает повышенную зарплату, чтобы вводит фирму в новые расходы, а за сокращение общего фонда заработной платы. Иначе, сократят его самого. Оспорить такую “объективную” характеристику можно, но наблюдения показывают, что успешные результаты единичны.

Используется и старый прием – базовая ставка зарплаты, которую фирма гарантирует работнику, составляет обычно 30-50%, бывает и ниже, а остальное – бонусы и различные доплаты, которые легко снять через систему штрафов или если дела фирмы неважны. В итоге, зарплата превращается в уравнение со многими неизвестными, а ее общая цифра из договора исчезает. И что особо приятно работодателю, два одинаково работающих лица могут получать разную зарплату.

Система ESOP фактически загоняет каждого работника в ситуацию индивидуального поединка с бюрократической машиной корпорации или государства. Шансов выиграть этот поединок мало. Конечно, если вы, не уникальный специалист, и при условии, что второй такой живет где-то в Новой Зеландии.

ESOP прямо увязана с общим ритмом работы современного производства, все более функционирующего в пульсирующем режиме. Это выглядит так. Во многих отраслях периоды активности чередуются с периодами спада, что требует привлечения разного количества рабочей силы. Частично такая пульсация обусловлена сезонным характером ряда производств и технологиями. Но над этими колебаниями все более преобладать социальный фактор, точнее, сознательная воля вполне конкретных людей.

Суть в том, что существующие в ряде стран производства, условно говоря, за полгода своей работы могут выпустить продукцию на год вперед. При наличии системы складов она будет еще год храниться, извлекаясь по мере надобности. Сейчас это возможно не только для нефти и металла, но и для пищевых продуктов, подвергнутых заморозке или консервации. В результате рынок обеспечивается товаром на год и производство на время можно снизить, допустим, до 40% его мощности, выпуская лишь специфические или неподлежащие длительному хранению товары.

Раньше это приводило к известным кризисам перепроизводства, но сейчас процесс стал прогнозируемым и управляемым и его можно использовать в борьбе с конкурентами и для снижения зарплат. Это и произошло на мировом рынке углеводородов и металла. Резкое повышение весной и летом 2008 г. цен на нефть и металл привело не только к массовым акциям протеста, но и к расширению производства. Потребители создали товарные запасы и теперь отказались от закупок. Возникла ситуация, когда отоварившийся покупатель стал диктовать условия продавцу, имея конечной целью скупить его производство. И в эту западню, похоже, попали короли металла Украины, которых вынудят или уступить часть рынка конкурентам, или продать им часть своего бизнеса.

Другая сторона пульсирующего режима работы производства, – возможность каждый раз начинать торг за зарплату с чистого листа. Система ESOP, активно внедряемая в Европе, России и в Украине, как и инициатива Саркози по удлинению рабочего дня, подчинены пульсирующему режиму производства. Работодателю выгодно привлекать работника на погода, заставляя его трудиться дольше и без выходных, так сказать, в авральном режиме, и даже переплачивать сверхурочные, чтобы затем легко расстаться с ним на полгода. Лет десять назад такая система была даже привлекательна для многих работников. Интенсивно повкалывав полгода, они создавали себе финансовый резерв на полгода отдыха. Но при этой системе исчезает оплачиваемый отпуск, медицинское страхование и другие гарантии, и главное, предлагаемые зарплаты неуклонно падают. Если учесть, что число людей необходимых производствам тоже сокращается в силу развития технологий и роста производительности труда, то снижается и шанс быть вновь востребованным по прежней специальности или вообще по какой-либо. Такова мировая тенденция – реже привлекать работников, заставлять дольше работать, меньше платить, чаще увольнять, создавать конкуренцию за рабочее место, и максимально усложнить получение пенсий, медпомощи и образования.

Информационная компания по рекламе финансового кризиса – удобный повод для снижений зарплат, пенсий и социальных пособий. Не случайно, что пик увольнений пришелся на конец года, когда наблюдается сезонный спад пульсирующего производства. И хотя инициатива Саркози провалилась, но обиженные предприниматели уже заявляют, что лучший способ выйти из кризиса, – это дольше и больше работать. Разумеется, за меньшие деньги, ведь в мире кризис, а незаменимых работников нет.


Сергей Климовский


рейтинг: 110
голосование окончено


<<Вернуться в раздел

Добавить комментарий
Ваше имя:  
Редакция категорически не согласна с мнениями журналистов, помещенными на сайте, и морально готова свалить ответственность на кого угодно.
Главный редактор Эммануил Отнюдь
 
 
Использование материалов разрешается только при условии ссылки
(для интернет-изданий - гиперссылки) на Politican.com.ua

© Politikan.com.ua 2008-2020 Разработка: